GPS мистера Эмерсона

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Если ехать вдоль побережья, заблудиться невозможно.

Вот и весь план велосипедной прогулки длиною в день.

После того, как я справилась с главной задачей —  уговорить никогда прежде не катавшуюся на велике сестру поехать со мной в затяжной райд на 30 км, все остальное казалось сущим пустяком.

Найти то самое аутентичное кафе со стариками и далекий, возможно дикий, пляж. На жаре в 35 градусов, одолевая подъемы и спуски, мы наслаждались, ведь куда ни глянь, расстилались безмятежные сельские пейзажи, а море сияло справа. Однако вскоре мы потеряли его, объезжая всевозможные огороженные территории и особняки. Мы двигались так пару часов и в результате оказались в непонятной точке внутри острова, все в пыли и с сорванной велосипедной цепью.

Моей сестре Ди с ранних лет пришлось узнать: в какой-то момент приключения со мной перестают быть приятными и безоблачными и становятся испытанием силы духа и физической выносливости.

Так было и в тот раз, когда мы до темноты блуждали по карловарским лесам, в эпоху до смартфонов и Google Maps. Единственное, чем мы располагали, был буклет из отеля, охватывающий ближайшие достопримечательности и окраину леса, где мы собирались погулять.

«Так, мы вышли за пределы карты», —  весело объявила я усталой и изрядно проголодавшейся Ди. Это был первый раз, когда мне, как взрослой, доверили вывезти ребенка заграницу, мне совсем не хотелось, чтобы в первый же день мы попали в такую передрягу.

С тех пор прошло десять лет, и хочется думать, я стала чуть умнее и осмотрительнее. Да и технологии помогают. Но я убеждена: в любом жизненном путешествии наступает момент, когда выходишь за пределы карты. Те способы жизни, что превосходно работали раньше, внезапно дают сбой. Отношения, на которые полагаешься, распадаются. Работа, без которой себя не мыслишь, становится недоступна.

Что остается? На что опираться тогда, когда больше нет гарантий,  прочерченной карты или убедительного ответа на то, чем ты занимаешься?

Великий американец Эмерсон предлагает самый незамысловатый и самый жизнеспособный ответ: полагаться нужно на себя. Говоря о «доверии к себе», он имеет в виду, что знания о том, что на самом деле нужно, что сама жизнь желает выразить через нас, у человека не может не быть. 

Меня часто спрашивают, почему я люблю путешествовать в одиночку? Потому что будь то европейский мегаполис, пустынная автозаправка in the middle of nowhere на просторах США или дикая природа России, это шанс вернуть себе доверие, показать, что я-таки способна позаботиться о себе. 

И это не то, что можно просто отвоевать раз и навсегда. Память коротка, тропы зарастают. И всякий раз я устремляюсь вперед, питая дерзкие надежды, что все пойдет как по маслу.

А потом ничего не идет как по маслу.

И нет, я не люблю супер-трэш, но критические ситуации мобилизуют, открывая способность к смелым решениям и скоординированным действиям. В такие моменты я обращаюсь к той сокровенной части себя, которую использую крайне редко.  

Пользуясь популярной метафорой, я зову её внутренний GPS

Эта способность помогала мне с ранних лет. Но чем больше я взрослела, тем больше оглядывалась по сторонам. Тихий голос интуиции за голосами мира становится едва различим:

Такие голоса слышатся нам в уединении; но они слабеют и немеют, чем более мы вдаемся в свет.  <…>  Свет прежде всего любит, чтобы ему подлаживали: он ненавидит доверие к себе, ненавидит суть и существа, а благоволит только к навыкам и обычаям.

Р.У. Эмерсон

Вместо того, что нужно было мне, я делала то, что принято. И истинное воодушевление, энтузиазм, внутреннее ощущение правоты в какой-то момент просто перестали давать о себе знать. Исчезли. Кризис четверти жизни напрочь смыл с меня сонастроенность с моим GPS. Я забыла, в чем моя сила.

Старина Эмерсон был убежден, что человек теряет собственную правду, оглядываясь по сторонам в поисках ответов и инструкций. Все время боясь потерять лицо, он мечется и смотрит, как и что делают другие, чтобы не пропасть. Но именно это лишает его способности отреагировать верно. Он занимает себя тем, что пытается доказать, что у него нет этого долбаного GPS, однако, словами Игоря Будникова, эта штука входит в заводскую комплектацию. 

Тогда среди зноя критских холмов я посмотрела на свою красивую и измученную спутницу. На лице Ди было написано желание лечь под первым же оливковым деревцем и не вставать, но нам надо было двигаться дальше. Съесть непомерных размеров греческий салат в аутентичной таверне на берегу, перекинуться парой слов с пожилым одноглазым игроком в домино, найти неизвестный альбом на дороге… И успеть вернуться домой.

Тогда я не умела натягивать цепь. У меня не было мобильной карты. Но у меня было нечто иное. Умение не поддаваться унынию, поддать огонька, широко улыбнуться в ответ на вызов обстоятельств. Заразить окружающих своей верой в то, что мы обязательно справимся.

И мы справились.

  • Stephania Chikanova

    тест

    • Oleg

      тоже тест!